Когда важнее быть понятым, чем исправленным
Не лечу. Не исправляю. Не учу жить правильно.
Помогаю быть собой.
Это не просто слоган — это философия того, как я работаю. Я назвал этот подход Терапией Подлинного Присутствия. И за этим названием стоит история о том, почему существующие методы меня не устраивали, и что я создал вместо них.
Почему я не смог остаться «просто психологом»
Когда я начал практиковать, я столкнулся с неудобным противоречием.
Поведенческие методы работают быстро. Они дают конкретные инструменты: ABC-модель, диспутирование убеждений, домашние задания. Человек приходит с паникой — через несколько сессий паника отступает. Это ценно. Но часто за этой паникой стоит что-то большее: вопросы о смысле, о свободе, о том, как жить, когда привычный мир рухнул. И тут поведенческие методы пробуксовывают. Они отвечают на вопрос «как», но молчат о «зачем».
Экзистенциальная терапия смотрит глубже. Она не боится тех самых вопросов о смерти, одиночестве, бессмысленности. Она признаёт, что жизнь иногда абсурдна, и это нормально. Но иногда человеку нужна не философская беседа, а конкретная помощь. Прямо сейчас. Сегодня.
Поэтому я начал искать синтез. Взять лучшее из экзистенциального подхода — глубину, честность, уважение к сложности жизни. Добавить практичность поведенческих методов — когда нужна быстрая помощь. И убрать то, что мешает: патологизирующий язык, деление психики на «части», поиск «травм» в прошлом как универсальное объяснение всего.
Так родилась Терапия Подлинного Присутствия.
Что такое подлинное присутствие
Это не техника. Это качество контакта между нами.
Знаете это ощущение, когда вы разговариваете с человеком — и чувствуете, что он по-настоящему здесь? Не отвлекается, не оценивает, не ждёт паузы, чтобы вставить свой совет. Просто присутствует. Видит вас.
Это редкий опыт. В обычной жизни мы общаемся сквозь роли и маски. Я — психолог, вы — клиент. Я — эксперт, вы — тот, кому нужна помощь. Подлинное присутствие — это когда маски можно снять. Когда встречаются два живых человека.
В экзистенциальной традиции это называется «встреча» — Begegnung. Мартин Бубер писал об отношениях «Я — Ты», где другой человек — не объект воздействия, а субъект, равный мне. Это звучит абстрактно, но на практике чувствуется очень конкретно.
Вы приходите ко мне — и можете выдохнуть. Вам не нужно казаться лучше, чем вы есть. Не нужно соответствовать моим ожиданиям. Не нужно бояться, что я буду вас «лечить» или «исправлять».
Свобода быть собой. Быть понятым. Быть принятым.
Три этапа работы
Терапия Подлинного Присутствия — это не хаотичный процесс. У неё есть структура, хотя она адаптируется под каждого человека.
Выдохнуть
Первые 2-3 сессии — это про безопасность. Про то, чтобы снять защиты, которые вы несёте с собой из внешнего мира. Про то, чтобы создать пространство, где можно быть уязвимым.
Многие приходят в напряжении. Не знают, чего ожидать. Боятся, что их будут анализировать, препарировать, ставить диагнозы. Моя задача на этом этапе — показать, что здесь безопасно. Что я не буду вас оценивать. Что вы можете говорить о чём угодно — или молчать, если нужно.
Понять
Это самый индивидуальный этап. Он может занять несколько сессий или растянуться на месяцы — зависит от того, насколько глубоко мы идём.
Здесь мы исследуем. Не ищем «причину всех проблем в детстве» — я не верю в такой упрощённый детерминизм. Скорее, смотрим на то, как вы видите мир прямо сейчас. Какие убеждения влияют на ваши решения. Какие паттерны повторяются. Что на самом деле стоит за тем, что вы называете «проблемой».
На этом этапе я использую элементы РЭПТ — рационально-эмоционально-поведенческой терапии. Это не про «позитивное мышление» и не про «просто думай иначе». Это про то, чтобы увидеть, как ваши убеждения создают ваши эмоции — и решить, хотите ли вы продолжать так думать.
Также здесь появляется экзистенциальное измерение. Вопросы о смысле, свободе, ответственности. Они не всегда звучат напрямую, но присутствуют как фон. Потому что за конкретными проблемами часто стоят фундаментальные вопросы о жизни.
Найти решение
Когда есть понимание — решение часто приходит само. Или становится очевидным, что делать дальше.
Этот этап обычно короче предыдущего. Здесь мы интегрируем то, что поняли, в реальную жизнь. Иногда это конкретные действия. Иногда — изменение отношения к ситуации, которую нельзя изменить. Иногда — принятие того, что есть.
Важно: я не даю готовых ответов. Я помогаю вам найти свои. Потому что только вы знаете, как вам жить. Моя задача — создать условия, в которых это знание может проявиться.
Из чего состоит этот подход
Терапия Подлинного Присутствия — это синтез нескольких направлений:
Экзистенциальная глубина
Работы Ирвина Ялома, Эмми Ван Дорцен, Эрнесто Спинелли. Как жить с осознанием конечности, свободы, одиночества. Честность, которая освобождает.
Работа с убеждениями
Из РЭПТ Альберта Эллиса — практические инструменты: как замечать иррациональные убеждения и как их исследовать. Осознанный выбор: как я хочу думать?
Практики осознанности
Более 15 лет медитации, практики дзогчен, работы с осознанными сновидениями. Внимание к тому, что происходит здесь и сейчас. Для заинтересованных — обучение навыкам осознанности.
Телесное измерение
Мы не только мозг. Тело хранит напряжение, тело сигнализирует о том, что мы не хотим замечать умом. Внимание к телу — часть работы.
Чем это отличается от других подходов
КПТ / поведенческая терапия — мысли и поведение, быстрые результаты. Может быть поверхностно, игнорирует экзистенциальные вопросы.
Эзотерические подходы — духовность, энергии, тайные знания. Часто непроверяемо, может уводить от реальности.
‘Популярная психология’ — простые ответы, мотивация. Упрощает сложное, создаёт иллюзию контроля.
Терапия Подлинного Присутствия — это попытка взять лучшее из каждого мира. Глубина без эзотерики. Практичность без поверхностности. Честность без цинизма.
Для кого этот метод
Если честно — я создавал его для людей, которые «не вписываются».
Для тех, кто устал от диагнозов и ярлыков. От «у вас травма», «вы созависимая», «ваш внутренний ребёнок ранен». Эти слова могут быть полезны, но часто становятся клеткой.
Для тех, кто ищет глубину — но без мистики и эзотерики. Кто хочет говорить о смысле жизни, не скатываясь в разговоры о карме и прошлых воплощениях.
Для тех, кто готов к честному разговору. Без розовых очков, без гарантий «всё будет хорошо», без советов «просто полюби себя».
Моя основная аудитория — женщины 30-55 лет. Но это не жёсткое правило. Скорее, наблюдение: именно эти женщины чаще всего резонируют с тем, что я делаю. Возможно, потому что они уже накопили достаточно жизненного опыта, чтобы ценить честность. И достаточно устали от фальши, чтобы искать что-то настоящее.
Узнаёте себя?
Если вы ищете глубину без эзотерики, практичность без поверхностности — возможно, нам стоит поговорить.
Чего я НЕ делаю
Несколько слов о том, чего вы не встретите в моей работе:
Не использую концепцию «травмы» как универсальное объяснение. Да, прошлое влияет на нас. Но я не верю, что нужно «исцелить травму», чтобы жить дальше. Чаще важнее понять, как вы живёте сейчас — и хотите ли так продолжать.
Не делю психику на «части»: внутренний ребёнок, внутренний критик, субличности. Вы — целостный человек. Противоречивый, сложный — но целостный.
Не работаю с «бессознательным» в психоаналитическом смысле. Я предпочитаю работать с тем, что вы можете осознать и наблюдать.
Не даю готовых советов «как жить правильно». Потому что не знаю. Потому что «правильно» для каждого — своё.
От автора
Сергей Борисов
Терапия Подлинного Присутствия — это развивающийся подход. Я сам продолжаю учиться, исследовать, сомневаться. И это, пожалуй, главное: я не претендую на обладание истиной. Я просто предлагаю пространство для встречи.
Если то, что вы прочитали, откликается — возможно, нам стоит поговорить.
Частые вопросы
Если вы чувствуете, что готовы к такому разговору — свяжитесь со мной.
Не для того, чтобы я вас «исправил». Для того, чтобы быть понятым.